Бывший нападающий «Ливерпуля» и сборной Англии, обладатель «Золотого мяча» Майкл Оуэн вновь заставил футбольную общественность говорить о себе, сделав смелое и, как всегда, безапелляционное заявление. В центре дискуссии — его юношеские годы и сравнение с другим легендарным английским форвардом, Уэйном Руни. Оуэн утверждает, что до 19 лет он не имел себе равных среди английских игроков, и что его раннее величие несправедливо забыто на фоне проблем со здоровьем в зрелом возрасте.
Неудержимый в юности: Претензии Оуэна
Майкл Оуэн ворвался на футбольную сцену в 17 лет, дебютировав за «Ливерпуль» в 1997 году и сразу же забив гол. То, что последовало дальше, было метеоритным взлетом: дважды лучший бомбардир Премьер-лиги до достижения 20 лет, ключевой игрок сборной Англии, а в 2001 году – «Золотой мяч». Однако, по словам самого Оуэна, этот пик был лишь началом неизбежного спада, спровоцированного травмами.
«Люди смотрят на мою игру в 26 лет и говорят: ‘эти игроки гораздо лучше него’. Да, я знаю. К тому времени мои подколенные сухожилия были разорваны пополам. Мне было стыдно носить футболку со своим именем в 26 лет и старше. Я уже был в упадке. Я выиграл «Золотой мяч», когда уже находился на спаде. Это был серьезный спад. В 19 лет мои мышцы разорвались пополам», — делится Оуэн, явно задетый тем, как его воспринимают сегодня.
Его ключевой тезис прост: не стоит судить о нем по поздним годам. «Но если мы говорим о периоде от 7 до 19 лет, я не уверен, что кто-то был лучше меня. Таких игроков было очень мало. То, что делал Роналдо в 17, 18 – Боже мой! Я играл против Тьерри Анри; между нами был год или два разницы, и он не делал того, что делал я. В 17 лет я стал лучшим бомбардиром Премьер-лиги – такого больше никогда не случится! А в 18 – дважды. Но все помнят только то, как я играл в 31, 32. К тому времени я уже ничего не мог делать».
Оуэн против Руни: Кто был круче в 17?
Именно в контексте этого утверждения Оуэн переходит к прямому сравнению с Уэйном Руни. На своей странице в социальной сети X (ранее Twitter) Оуэн открыто заявил, что в 17 лет между ним и Руни не было никакой дискуссии относительно того, кто был лучше. Он сравнил свои подвиги за «Ливерпуль» с ранними выступлениями Руни за «Эвертон».
Конечно, Уэйн Руни впоследствии построил более впечатляющую и продолжительную карьеру, став лучшим бомбардиром сборной Англии и «Манчестер Юнайтед», а также более разносторонним футболистом. Однако если скрупулезно следовать временным рамкам, установленным Оуэном (до 19 лет), то его аргументы звучат весьма весомо. В свои юные годы Оуэн действительно был феноменален: 23 гола в сезонах 1997/98 и 1998/99, еще до того, как ему исполнилось 20 лет. Его взрывная скорость, инстинкт бомбардира и хладнокровие перед воротами делали его настоящим чудом.
Жестокость истории и проклятие травм
Заявления Оуэна не лишены горькой правды. Спортивная история часто беспощадна, и карьера спортсмена чаще всего оценивается по ее совокупности. Травмы, которые начались еще в подростковом возрасте и преследовали его на протяжении всей карьеры, действительно изменили траекторию Майкла. Он был ярким примером игрока, чей стиль игры — чистая скорость и резкие рывки — оказался пагубным для его физического состояния. Это превратило потенциально величайшего бомбардира своего поколения в игрока, чья вторая половина карьеры прошла в борьбе с собственным телом.
В то время как Руни, пусть и начал чуть медленнее в плане чистых голов, обладал невероятной физической мощью и адаптируемостью, что позволило ему преуспевать на разных позициях и играть на высоком уровне гораздо дольше.
Заключение: Забытое величие или простое брюзжание?
Так прав ли Майкл Оуэн, требуя переоценки своего раннего величия? Возможно, да. Его юношеские достижения действительно уникальны для английского футбола. Но футбол – это не только моменты гениальности, но и способность сохранять ее, преодолевать трудности и оставаться на вершине. Заявления Оуэна напоминают нам о хрупкости спортивной карьеры и о том, как легко блеск ранних лет может быть затуманен последующими неудачами или, в его случае, безжалостными травмами.
В конечном итоге, спортивная память избирательна. И хотя Руни, безусловно, превзошел Оуэна в долгосрочной перспективе, Майкл Оуэн все же имеет полное право настаивать на том, что в свои самые юные годы он был, возможно, самым ослепительным талантом, который видела Англия. И это не брюзжание, а попытка восстановить справедливость в своем собственном, очень личном, историческом нарративе.
